Главная Журнал Власть Лесь Подервянский живет на нетрудовые доходы, не любит банки и заставляет "мАскалей" умирать от смеха
Лесь Подервянский живет на нетрудовые доходы, не любит банки и заставляет "мАскалей" умирать от смеха E-mail
20.10.2009 12:13

Широким кругам Лесь Подервянский известен как автор комичных сказаний о жизни украинского народа. Хотите посмотреть, как умирают «москалі» от смеха, подарите им диск Подервянского. При этом Лесь шутит практически бесплатно. Гений антижлобства рассказал нам, что не любит банки, зато любит свободу, путешествия и белужью икру.

По материалам "Личного счета"

— Вы художник, но известны благодаря нетрудовой деятельности...


— Я профессиональный живописец и не только. И вообще, как художник могу делать все: росписи, витражи, мозаики. Только скульптурой не занимаюсь.
Но все дело в том, что известных художников в нашей стране почти нет. На самом деле талантливая живопись мало кого интересует. И по-настоящему хорошие художники известны узкому кругу специалистов и профессионалов.

Данко бросает сердце об кочку и затаптывает ногами. Потом вырывает у себя печень. Печень сразу начинает гореть синим пламенем.

А серьезно разрекламированные художники либо вовсе не являются таковыми, либо художники, но плохие. Живопись в нашей стране не приносит ни известности, ни больших денег. Наши хорошие художники стоят на несколько «нулей» больше, чем они получают здесь.


— И ваши картины продаются там, где за них дают больше нулей?


— Моя живопись продается и здесь, и там. В Германии, Швеции, Штатах и Канаде. Не без успеха, надо сказать.


— Зато ваши «Кацапи» и «Нірвана» не понятны там. Хотя и здесь вы не так часто балуете любителей маргинально-поэтического жанра.


— Я не занимаюсь концертной деятельностью, хотя очень многие уговаривают, делая заманчивые предложения. Я просто не люблю выступать. Если Бог дал мне способности, стараюсь по мере возможности их реализовывать. Выплескиваю на холст и бумагу. И никогда не думаю, зачем это делаю. Главная мотивация любого художника — выплеснуть то, что у него внутри, и другие причины отсутствуют.

Гаврюша Обізянов (до Люди): Хто там у тебе?

Люда: Митці.

 

— Концерты могут нести финансовую мотивацию.


— Они приносят славу, но не деньги.


— А деньги в чемоданах приносят дяди, которые приходят покупать ваши картины?


— Ну, в общем это взаимосвязанные вещи. Когда есть имя, конечно, торговля работами идет гораздо лучше. Но опять же это связано очень странным образом. Если бы я был знаменитым писателем и рисовал плохие картины, все равно их никто не стал бы покупать. А у меня есть гармония. Я вообще считаю, что честные вещи без всякого подтекста найдут своего зрителя, покупателя и ценителя. А вот если художник думает, как финансово оправдать творчество, как кому понравиться, то это все. Капец. Для меня главное, чтобы жизнь и творчество соответствовали внутренним критериям, которые я сам себе устанавливаю.


— А в этих критериях где-то хоть последней строчкой говорится о финансовом комфорте?

Іван Опанасович: Дай мені три карбованці, я завтра утром тобі віддам.

(Гриць мовчить...)

Іван Опанасович: Чого мовчиш, гроші є?

Гриць: Єсть.

 

— Все должно происходить само собой. Все, что притянуто за уши, рано или поздно рухнет. Дутая слава, дутые деньги. Зарабатывание денег у меня происходит рефлекторно, как дыхание, сон. И мое самочувствие от них никогда особенно не зависело.


— Любите бутерброды с красной икрой или предпочитаете черную ложками?


— Как-то меня пригласили на Дни украинского искусства в Азербайджан. Мероприятие происходило на пароходе с участием Гейдара Алиевича Алиева. Шикарные столы были уставлены огромными пиалами с черной икрой, и рядом молодцы, которые накладывали ее половниками. Признаюсь, сначала, как жлоб, подумал, надо поскорее нажраться, а то не дадут. Но на второй день икры было не меньше, а ее никто уже не ел. А вообще лучше, конечно, белужья икра.


— Что, по вашему мнению, в Украине стоит необоснованно дорого?


— Сейчас, похоже, дешевле купить хату в Манхеттене.


— А вас вообще такие покупки интересуют?

 

— У меня с этим, слава богу, все нормально. Я живу в большой квартире с женой и мамой. Есть у нас и хатынка у реки в Полтавской области. И японский джип по украинской грязи едет, как по асфальту. Так что все есть.


— Иногда о комплексах людей можно сказать, глядя на их машину...


— Это в зависимости от того, что у них в голове. Если рагуля пересадить из «Порша» в «Запорожец», он будет чувствовать себя опущенным. Потому что машина его украшает, а не он машину. Я могу совершенно спокойно ездить и на «Жигулях», и на «Ягуаре».


— Вы периодически держите в руках бумажки с большим количеством нулей. И судя по тому, что у вас все есть, возникает ли вопрос, что с ними делать?


— У нас есть люди, оперирующие бумажками с гораздо большим количеством нулей, вот они-то как раз знают, что с ними делать. А я не лезу в эти сферы. Это не мое. Знаю очень точно, что нужно заниматься только тем, что любишь и в чем разбираешься, к чему тебя вынуждает органическая суть. Более того, я подозреваю, что меня достаточно легко обмануть.


— И у вас есть горький опыт?

 

— Вообще-то пока нет, хотя однажды меня обокрали. Я был жутко пьян, ехал в метро. И вдруг меня обступили немые, стали ощупывать, о чем-то бурно жестикулируя. Я пытался спросить: «Парни, шо вам надо?» Что им нужно было, понял только на эскалаторе, не обнаружив бумажника.

 

Саломон Самсонович: Розумієте. Мурзік Васильович... Цікавість - це шлях в майбутнє.

Мурзік. Навіщо вам шлях у те, чого у вас нема?

— Если бы кто-то из друзей предложил вам вложить деньги со 100% прибылью в перспективе, как поступили бы?


— Посчитал бы это глупым предложением. Потому что никто не знает, сколько ему отмеряно. Вдруг я не проживу эти пару лет. А так, имея деньги сейчас, можно прогулять их, попутешествовать, потратить на женщин, на что угодно. Деньги не для того, чтобы они лежали, а чтобы я жил так, как мне хочется. Деньги, лежащие в банке, это, по-моему, скучно.


— Хотите сказать, что у вас даже счета в банке нет?


— Нет. Хотя постойте, есть. Когда-то у меня была выставка в Германии, где продались мои картины. И мы с другом открыли счет. Хотя я считаю, что банк выгоден только банкиру. Нет вещей, которые выгодны всем. Они выгодны кому-то в ущерб кого-то. Любой банк может лопнуть. Так что я предпочитаю банку ящик письменного стола.


— И, следовательно, депозиту вы предпочтете VIP-тур в экзотическую страну...

 


 

Мон шер Гамлет!
Ходiмо в кабiнeт.

— Разочарую вас, но все мои увлечения из разряда дешевых. Никаких VIP-туров я не заказываю. Если хочется путешествовать, то первым делом узнаю, как можно больше о стране. Затем вычисляю, есть ли там у меня друзья. Если второе условие разрешимо, то можно смело брать билет.

 

— Увлекаетесь коллекционированием?
— Я совершенно лишен этой манечки. Правда, мне досталась в наследство от одной очень любимой мною пожилой женщины небольшая коллекция монет, которая на половину похудела, потому что я, признаюсь, их раздарил.

 

— Как часто покупаете жене шубы?
— Вообще никогда не покупал, да и она сама не купит. Мы любим зверей и не любим тех, кто носит шкурки убитых животных.


— Сколько не жалко оставить за ужин?

— $100. Хотя вот недавно, вернувшись из Баварии, сравнивал наши рестораны и цены с качеством. Сравнение настолько не в пользу наших, что теперь в киевских ресторанах прикидываю, сколько заплатил бы за такую же еду за границей. Я не знаю, что нужно съесть в Европе и США на $100, чтобы в тебя поместилось. Очень жалею, что у нас пока отсутствуют недорогие этнические рестораны. Как-то в Нью-Йорке (я неплохо знаю этот город) набрел на одну харчевню, где едят пакистанские водители-дальнобойщики. Платишь $5 и получаешь непонятно что ни по вкусу, ни по виду. Но очень вкусно. Рядом жуют люди в тюрбанах, а по телеку показывают индийские фильмы.

 

Казка про репку. Читает  Лесь Подервянский


 

Комментарии 

 
0 #1 slons 2011-11-08 02:31 лесь крут, лучший драматург украины и россии Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

В чем вы храните сбережения? доллар евро рубль?